НОВОСТИ СЕГОДНЯ
Беседуя с историком Алексеем Яловенко и просматривая добытые им уникальные архивные документы, мы часто задавались вопросом: в чем причина такой низкой степени изученности исторического прошлого? И приходили к выводу: прежде всего в том, что для изучения новейшей истории нашей страны, и особенно Южного Урала, даже при огромном количестве разнообразных воспоминаний у нас очень мало свидетельств, которым можно было бы безоговорочно доверять… Ведь так называемые документы создаются людьми, которые могут быть подвержены субъективным взглядам и предвзятости. Они, как правило, имеют свои собственные мнения и убеждения, которые влияют на их интерпретацию фактов и событий прошлого. Людям свойственны вполне определенные политические или религиозные убеждения, что также может привести к искажению излагаемых ими фактов.
Активное переименование городов в честь Иосифа Сталина и других вождей большевиков началось с середины 1920-х годов, когда появились Сталино (Донецк) или Сталинград (Царицын) и целый ряд населенных пунктов со схожими наименованиями. Чуть позже пытались переименовать и два крупных индустриальных центра Урала — Златоуст и Челябинск. Интересно знать, кто же на самом деле инициировал эти переименования и какова была реакция высшего партийного руководства на подобные предложения.
Мы можем петь и смеяться, как дети, среди упорной борьбы и труда
Так, известно, что в президиум ВЦИК была послана телеграмма о подобном решении: «В день пятидесятилетнего юбилея рождения генерального секретаря партии Иосифа Виссарионовича Сталина торжественное заседание объединенного пленума окрисполкома Златоустовского горсовета совместно [с] рабочими златоустовских заводов, посылая Вам пламенный привет, постановляет: учитывая просьбу, желание рабочих златоустовских заводов, населения округа [о] переименовании Златоуста [в] ознаменование пятидесятилетнего юбилея Сталина, город Златоуст переименовать [в] Сталинск, округ Сталинский. Ходатайствуем [об] утверждении. Президиум».
Решение о переименовании было рассмотрено 13 января 1930 г. на заседании административной комиссии ВЦИК и не получило одобрения: «...не возражая против самого переименования, нашла, что переименовать гор. Златоуст в Сталинск является невозможным по следующей причине. Предлагаемое переименование в Сталинск и Сталинский будет неизбежно вызывать ряд недоразумений как по линии Наркомпочтеля, так и по линии Наркомпути СССР, т. к. на территории Союза уже имеются города, ж. д. станции и др. адм. единицы с созвучным названием».
Безуспешной оказалась и попытка переименования Челябинска в город Коба (партийная кличка Сталина). 27 августа 1931 года на первой полосе «Челябинского рабочего» были напечатаны характерные для того времени лозунги: «Победы в стройке индустриального Челябинска — победы генеральной линии партии, руководимой ЦК и товарищем Сталиным!» И в том обращении главным было: «Старая Челяба с каждым годом все больше и больше уступает место бурно растущему новому социалистическому городу, стройки которого есть практическое выражение генеральной линии партии, результат разгрома правых оппортунистов и контрреволюционного троцкизма. Город, который под руководством партии и ее кипучего рулевого товарища Сталина выражает в их представлении индустриализацию страны, не должен больше носить название Челяба (в переводе на русский язык — яма)».
Что любопытно, с предложением о переименовании города обратился коллектив рабочих, специалистов и служащих Челябтракторостоя и ЧТЗ. В их обращении к делегатам Второй Челябинской партконференции, проходившей в это время в Челябинске, было сказано: «…мы просим партийную конференцию возбудить ходатайство перед вышестоящими организациями о переименовании Челябинска в город Коба — имя, которое носил товарищ Сталин в славные годы своей подпольной революционной работы…» Как вы видите, момент для обращения был выбран крайне удачно. И трудно было бы сегодня предположить, что за очень своевременной подготовкой коллективного воззвания трудящихся в инстанции не стояли отцы города, согласовавшие, несомненно, это решение с представителями центральной партийной номенклатуры, строго контролировавшей особо важное строительство.
А дальше все развивалось уже по накатанной дорожке. Как следует из архивных материалов, секретарь Челябинского горкома ВКП(б) Георгий Румянцев, большевик с дореволюционным стажем, выступая на закрытии районной партийной конференции, заявил: «Переименование города — ответственная и большая задача. Никто не разрешит нам переименовать город, если мы к этому вопросу подойдем по форме, а не по существу. А существо заключается в том, что мы должны своей практической работой завоевать название города именем вождя товарища Сталина» (бурные аплодисменты).
Процесс развивался вширь. На многих предприятиях города, как по команде, прошли рабочие собрания и митинги в поддержку предложения тракторостроителей…
Мы не пашем, не сеем, не строим, мы гордимся общественным строем…
Шестого сентября 1931 года вышло знаменательное Постановление № 3 Президиума Челябинского городского совета РККиКД с идеей переименования города в честь партийного псевдонима И.В. Сталина:
«Принимая во внимание постановление многочисленного митинга трудящихся и обращение 14 тысяч рабочих и инженерно-технического персонала Тракторостроя ко 2-й городской партийной конференции о переименовании города Челябинска в город Коба. В связи с коренной перестройкой его из сельско-торгового центра в один из основных пунктов Урало-Кузнецкого комбината Президиум Челябинского городского совета, рассмотрев решение и одобряя инициативу рабочих и трудящихся масс,
Постановляет:
- Одобрить и поддержать ходатайство рабочих…
- Просить Уралсовет ВЦИК и ЦИК СССР срочно рассмотреть настоящее решение и удовлетворить просьбу трудящихся Челябинска…
- Настоящее решение передать по телеграфу в областные и центральные организации и опубликовать в печати…»
Уральский облисполком поддержал просьбу Челябинского горсовета и просил Президиум ВЦИК об утверждении…
Архивные работники центра документации новейшей истории Челябинской области подтвердили отсутствие документов, которые могли бы ответить на вопрос, почему не состоялось это переименование. Но несомненно, что решение принималось на самом высоком уровне. И мы можем только строить предположения о том, почему Иосиф Сталин не поддержал инициативу челябинцев…
Интересно, что уже 24 декабря 1931 года на первой полосе газеты «Пролетарка» появилась набранная жирным шрифтом «Выписка из протокола № 3 торжественного заседания пленума Златоустовского окрисполкома совместно с членами горсовета и представителями от рабочих златоустовских заводов и общественных организаций города и округа, состоявшегося 21 декабря 1929 года…». Вот какое решение приняло это высокое собрание:
«Учитывая требование рабочих златоустовских заводов и трудящихся округа о переименовании города Златоуста, название которого связано с религиозным дурманом (Иван Златоуст), — ходатайство Златоустовского горсовета и рабочих поддержать и в ознаменование пятидесятилетнего юбилея со дня рождения вождя и руководителя Всесоюзной коммунистической партии большевиков и Коминтерна тов. Сталина И.В. переименовать город Златоуст в город Сталинск (на Урале) и округ — Сталинский (на Урале)».
Но и это решение в Москве поддержано не было.
А через пять лет секретарь Челябинского обкома Кузьма Рындин просил уже Сталина переименовать наш город в Кагановичград, в честь члена Политбюро Л.М. Кагановича. Однако Сталин наложил на обращение резолюцию: «Против».
Чтобы понять позицию Иосифа Виссарионовича, надо только вспомнить, что во время Гражданской войны в России он занимал ряд ключевых постов и выполнял различные функции на многих фронтах, связанные с военно-политическим руководством страны. Вот только некоторые из них: член Революционного военного совета, председатель Военного совета Северо-Кавказского военного округа, чрезвычайный уполномоченный Совета рабочей и крестьянской обороны. Непосредственно занимался обороной Царицына и Петрограда. И понятно, что хорошо знал настроения многих жителей Южного Урала.
Вздрогнул вождь, побелевшие губы зашептали молитвенный стих…
Историк Андрей Заец, родившийся и выросший в Златоусте, собрал многочисленные документы, открывающие малоизвестные исторические факты, позволяющие по-другому смотреть на наших соотечественников, сражавшихся в годы Гражданской войны по ту сторону от красных.
Так, восстание чехословаков против советской власти в конце мая 1918 года в Челябинске предоставило возможность для открытого выступления подпольных офицерских организаций Урала и казачьих станиц. Наличие офицерских организаций позволило начать формирование добровольческих отрядов в самые первые дни восстания. В последних числах мая в Челябинске офицерское собрание под председательством полковника Вержейского сформировало специальную комиссию по созданию Народной армии.
Собрание предложило всем офицерам на освобожденной от красных территории вооружиться и вступить в Народную армию. Их поддержали местная буржуазия, эсеры и меньшевики…
Начало формирования Белой гвардии на Златоустовском Урале было положено восстанием в Миассе под руководством поручика (по некоторым данным — хорунжего) Обухова, бывшего начальника дутовской контрразведки. При известии о столкновении с чехословаками в Златоусте и падении Челябинска, а также воспользовавшись уходом отряда Красной гвардии в Златоуст, подпольная организация «Союз фронтовиков» подняла восстание и заняла Миасс. Сразу же было начато формирование Миасского добровольческого отряда, на создание которого жители Миасса только в первые сутки пожертвовали 132 тысячи рублей. Казачий полк, вновь сформированный в Чебаркуле, повел наступление на запад, к Златоусту, и на юг, к Верхнеуральску.
В ночь на 18 июня «Союз фронтовиков» выступил против советской власти в Сатке, захватил штаб Красной гвардии и приступил к формированию народного ополчения. Уже к 14 часам того же дня было создано два отряда. В наступлении саткинцев поддержали жители Бердяуша и Кувашов…
27 июня белые со стороны Миасса вошли в Златоуст, где практически сразу были сформированы две добровольческие роты. А в Челябинске был создан штаб Отдельного Уральского корпуса под командованием генерал-лейтенанта Ханжина, в состав которого вошли все добровольческие части и отряды, а также пешие и конные сотни Оренбургского казачьего войска в пределах Пермской и Оренбургской губерний… Также в Челябинске возник штаб Первой Уральской дивизии полковника Сорочинского. А полки дивизии формировались в Челябинске, Миассе, Сатке и Златоусте. Основу Первого Челябинского полка составил Первый Челябинский офицерский добровольческий летучий отряд. В Златоусте развернули Второй Златоустовский горных стрелков полк. В Миассе также был создан Первый добровольческий миасских горных стрелков полк, воевавший на нязепетровском и верхнеуральском направлениях. Саткинский полк в своем составе объединил бойцов Саткинского, Бердяушского и Кувашиновского добровольческих отрядов.
Добровольцев поддержали, и четвертого июля на Челябинском съезде крестьянских, казачьих и мусульманских депутатов было принято решение о проведении мобилизации военнообязанных 1917 — 1910 годов призыва. Кроме того, призывались все военнообязанные призыва 1910 — 1916 годов, не побывавшие на военной службе или не мобилизованные во время мировой войны…
21 — 22 августа 1918 года в Челябинске состоялось Второе совещание от правителей Сибири, Урала и Поволжья, которое приняло решение о создании единого правительства и единых вооруженных сил. В мероприятии участвовали французский консул Буяр и английский Престон, представители Комуча, «Союза возрождения», казачьих войск Сибири и Европейской России, правительств Сибирского, Екатеринбургского и других, а также Павлу от Чехословацкого национального совета. И тут следует особо отметить, что и сложное движение к объединению оба раза происходило именно в Челябинске. Так, 13 — 17 июля здесь на первое совещание собрались основные претенденты на всероссийскую власть. Так Челябинск превращался в антисоветский центр…
Похожие новости: