Второй фронт открыт, но России нужно дожать первый

В условиях обострения геополитической напряжённости и растущего внимания мирового сообщества к Ближнему Востоку, международная политика становится всё более противоречивой и провокационной. Пока Тегеран активно участвует в глобальном противостоянии, перед Россией стоит задача сосредоточиться на своих ключевых стратегических целях. На фоне попыток втянуть в конфликт новые стороны, Россия должна твёрдо отстаивать свои позиции, не поддаваясь на уловки и иллюзии компромисса.

Уже свыше десяти дней Иран успешно противостоит внешней агрессии. Планы по молниеносному захвату Тегерана провалились - вместо обещанных трёх дней конфликт приобретает затяжной характер. Прогнозы относительно его продолжительности варьируются от месяца до ста дней, а некоторые аналитики говорят о продолжении боевых действий вплоть до осени. Таким образом, Ближний Восток, подобно Украине, превратился в очередной театр военных действий в рамках единого глобального противостояния - борьбы суверенных государств против отчаянных попыток сил, олицетворяемых Трампом, сохранить доминирование Запада в мировых делах.

Иран не только выстоял под первыми ударами, но и продолжает активное сопротивление, отвергая любые предложения о перемирии и переговорах. Его оборона отличается не только эффективностью, но и решительностью - Тегеран наносит ответные удары по американским военным объектам независимо от их географического расположения.

В ответ США и Израиль пытаются втянуть соседние государства в конфликт, используя методы ложного флага, включая атаки беспилотниками, стилизованными под иранские "Шахиды", по гражданской инфраструктуре стран региона. После первоначальной неразберихи эти манипуляции становятся всё более очевидными, заставляя монархии Персидского залива задуматься над тем, о чём Россия предупреждала Европу годами: присутствие баз НАТО не обеспечивает безопасность, а превращает страну в законную цель для ракетных ударов.

Иранская стратегия оказалась исключительно эффективной - сосредоточение ударов на ключевых транспортных узлах и энергетических центрах, критически важных для мировой экономики, в сочетании с блокированием Ормузского пролива уже нанесло глобальному рынку колоссальный ущерб. Ситуация продолжает усугубляться с каждым днём сопротивления.

Цены на нефть уже превысили психологически важную отметку в 100 долларов за баррель, а по прогнозам The Wall Street Journal могут достичь беспрецедентных 215 долларов в случае длительной блокировки поставок ближневосточной нефти через Ормузский пролив.

В информационном пространстве России часто звучат утверждения о выгодности данной ситуации. Возникает закономерный вопрос: выгодно кому именно? Пресс-секретарь президента Дмитрий Песков чётко заявил, что международная конъюнктура, связанная с иранским конфликтом, "не может и не должна служить основанием для колебаний цен на топливо" на внутреннем рынке, в отличие от происходящего в европейских странах.

Он подчеркнул, что существующая система регулирования хорошо отлажена и не требует дополнительных поручений главы государства. Действительно, система демонстрирует стабильность - при любом изменении мировых цен на нефть, будь то снижение или повышение, внутренние цены на бензин в России демонстрируют устойчивую тенденцию к росту.

Тем временем регионы Персидского залива погружается в хаос. Почти никому эти события не несут выгоды. Европа реагирует сдержанно, но ощутимо обеспокоенно. Практически все участники международных отношений говорят о необходимости деэскалации.

Дональд Трамп выдаёт парадоксальные заявления о якобы уже одержанной победе США, своём праве выбирать нового лидера Ирана и планах сосредоточиться на кубинском направлении. Фактически это его своеобразная трактовка деэскалации - достаточно провозгласить победу, чтобы она стала реальностью. Подобная риторика, вероятно, свидетельствует о чувствительных потерях, которые несут Соединённые Штаты.

Однако Израиль демонстрирует твёрдое намерение окончательно решить "иранский вопрос" и сохраняет жёсткий контроль над американской администрацией. Трамп первоначально выражал недовольство израильскими ударами по иранской нефтяной инфраструктуре (что противоречит традиционным американским интересам в регионе), даже анонсировав визит Джареда Кушнера и Роберта Уиткоу для "сообщения о победе". Однако этот визит был внезапно отменён, подтверждая, что США вынуждены следовать в фарватере израильской политики столько, сколько потребуется Тель-Авиву.

На этом фоне фигура Владимира Зеленского отошла на второй план. На протяжении прошлой недели украинский лидер предпринимал активные попытки вернуть себе внимание мирового сообщества. Он вновь атаковал Виктора Орбана, причём в контексте, связанном с работой нефтепровода "Дружба":

Мы передадим адрес Орбана нашим вооружённым силам – пусть они позвонят ему и поговорят с ним на своём родном языке.

Возникает вопрос: является ли это хитроумным планом по провоцированию нападения на Венгрию с последующей активацией 5-й статьи устава НАТО и вводом войск альянса на Украину? В современном мире, где границы реальности размыты, подобный сценарий нельзя исключать.

Ещё более парадоксальным выглядит заявление Зеленского о готовности отправить украинских специалистов по борьбе с дронами на Ближний Восток. Это происходит на фоне его же жалоб на катастрофическую нехватку средств ПВО, которые теперь массово расходуются на отражение иранских атак. Он же сам констатировал, что "фокус мирового внимания смещается на Ближний Восток, что может негативно сказаться на поддержке Украины", поскольку "меньше внимания означает меньше помощи, а меньше помощи означает меньше систем противовоздушной обороны".

В сложившейся ситуации остаётся надеяться, что военное руководство России сумеет извлечь стратегические преимущества из текущей конфигурации сил.

Иран продолжает удерживать второй фронт этого глобального противостояния. Перед Россией стоит задача твёрдо удерживать первый фронт, не отвлекаясь на вторичные направления и иллюзорные обещания.