НОВОСТИ СЕГОДНЯ
В отличие от риторики о Китае, применяемой им в США, президент Трамп заговорил с китайским лидером Си Цзиньпином в примирительном тоне.
ИноСМИ теперь в MAX! Подписывайтесь на главное международное >>>
Свой первый день визита в Пекин президент Трамп посвятил личным отношениям с председателем Китая Си Цзиньпином.
“Вы великий лидер, — сказал он хозяину мероприятия, которым он вообще часто восхищается за его “эффективный” контроль над страной с населением в 1,4 миллиарда человек. — Я всем это говорю”.
Неудивительно, что Си Цзиньпин в четверг, наоборот, действовал отнюдь не лестью. Как только отгремел салют из 21 орудия и прошел чеканный марш подразделений Народно-освободительной армии Китая, китайский лидер дисциплинированно начал устанавливать новые границы в отношениях двух стран. Он дал четко понять, что Тайвань — это “красная линия”, и стало совершенно ясно, что все попытки Трампа сблизиться могут пропасть втуне, если он помешает долгосрочным усилиям Китая взять под свой контроль самоуправляющийся остров.
“США должны подходить к тайваньскому вопросу с предельной осторожностью”, — заявил Си, согласно официальному информационному агентству Китая “Синьхуа”. Предупреждение прозвучало всего через несколько минут после его публичного выступления в Большом зале Народного собрания, средоточии власти Китайской Народной Республики, выстроенном спустя десять лет после революции Мао. Таким образом, для Си все с самого начала свелось к установлению границ.
Могло показаться, что этот момент установил новое равновесие между противниками. Выступление Си Цзиньпина было четко спланировано, не оставляя сомнений в том, что, несмотря на все проблемы Китая — дефляцию, сокращение населения, лопнувший пузырь на рынке недвижимости, — настал момент, когда он начнет действовать как равная сверхдержава.
На каждом этапе своей двухдневной поездки в Китай, по крайней мере, ее начальной стадии, Трамп говорил примирительно — и это полная противоположность тому, как он высказывается в публичных выступлениях на родине. В частности, во время президентских кампаний он неизменно уличал Пекин в краже рабочих мест и выставлял его угрозой национальной безопасности. Си же, даже улыбаясь и приветствуя Трампа, в то же время был настроен более воинственно — особенно в отношении Тайваня, по которому он выступил с недвусмысленным предупреждением.
Этот напрямую свидетельствует о том, что уверенность и авторитет Си в публичных выступлениях достигли нового уровня, несмотря на проблемы с внутренней экономикой. Он видит, как США вязнут в конфликте с Ираном — еще одном ближневосточном противостоянии, выбраться из которого будет непросто.
Президент Китая тщательно спланировал свой день, вплоть до посещения Храма Неба — культового сооружения эпохи династии Мин близ Запретного города. Пока Трамп сидел в этом архитектурном чуде XIII века, китайский лидер преподал ему урок истории с выходами современность.
Выступая с тостом на государственном банкете, который транслировался по телевидению в четверг вечером, Трамп преподал встречный урок, рассказав о связях между Китаем и США, которые восходят к “Китайской императрице” — кораблю, в 1783 году совершившему 14-месячное путешествие, чтобы завязать торговые и дипломатические связи с тогдашним Кантоном, ныне Гуанчжоу.
“Мы ладили, даже когда возникали трудности, мы с ними справлялись”, — заявил Трамп. Но даже в этом случае он высвечивал личные отношения, давая понять, что огромные разногласия между странами должны решаться их волевыми лидерами.
“Я бы позвонил вам, а вы бы позвонили мне, если бы у нас ни возникли проблемы, и люди об этом даже не узнали, — сказал он. — Мы бы очень быстро все уладили, и у нас будет потрясающее будущее”.
Си Цзиньпин же, со своей стороны, вернулся к привычной мантре: чтобы соперничество не переросло в конфликт, страны должны избежать так называемой “ловушки Фукидида”.
(Этот термин ввел профессор Гарварда Грэм Эллисон в книге “Обреченные на войну: могут ли Америка и Китай избежать ловушки Фукидида?” применимо к ситуации, когда восходящая держава бросает вызов существующему порядку, что часто приводит к войне. “Именно возвышение Афин и страх, который это породило в Спарте, — писал древнегреческий историк Фукидид, — сделали войну неизбежной”.)
Си Цзиньпин предложил знакомое решение: запретить разговоры о конкуренции между двумя ведущими экономическими сверхдержавами — неотъемлемый элемент стратегии Белого дома при Байдене — и сосредоточиться на “стабильности”, которая никак не ассоциируется Трампом.
“Общие интересы Китая и США перевешивают наши разногласия, — заявил Си Цзиньпин, по сообщениям государственных СМИ. — Стабильность в китайско-американских отношениях будет благом для всего мира”.
Однако, в отличие от Трампа, он рассмотрел и альтернативный сценарий.
“Если подойти к вопросу неправильно, две страны могут столкнуться и даже вступить в конфликт, что поставит китайско-американские отношения в крайне опасное положение”, — сказал он, явно имея в виду Тайвань.
Если многое из этого покажется знакомым, то неудивительно. Си вообще любит проповедовать, а его образ короля-философа — неотъемлемый элемент его подхода к государственному управлению. Но на этом саммите он ввел новшество: заявил, что согласен с Трампом и его “новым планом строительства конструктивных китайско-американских отношений стратегической стабильности”.
Как отметил специалист по Китаю из Джорджтаунского университета Раш Доши, это прозвучало как попытка “заключить выгодное для обоих “перемирие”, которое продлится дольше полномочий Трампа, при этом разрядка напряженности после торговой войны станет отправной точкой”.
Споры по поводу избыточных производственных мощностей Китая или восстановления американского военного потенциала в Индо-Тихоокеанском регионе будут объявлены “нарушением новых рамок”, предположил он у себя в X.
Контраст с подходом Трампа, для которого саммиты в первую очередь предназначены для заключения скорых “сделок”, которые он затем превозносит с точки зрения рабочих мест или продаж, разителен. В частности, Трамп привез с собой группу деловых руководителей, чье присутствие, по его собственным словам, призвано продемонстрировать “уважение” к Китаю и получить доступ к его рынку.
Это живо напомнило о тех днях, когда Билл Клинтон и Джордж Буш приглашали деловых лидеров ознакомиться с перспективами китайского рынка — что тем нередко было в новинку. Однако делегация Трампа приехала с многолетним опытом — нередко горьким. Некоторые из них пережили тяжбы из-за кражи интеллектуальной собственности и протекционистских мер в поддержку китайской промышленности.
Делегация Си оказалась неравнозначной. В ее составе нет руководителей ни BYD, крупного китайского автопроизводителя, пытающегося закрепиться в США, ни DeepSeek, передовой компании в области искусственного интеллекта, которая соперничает с американскими.
Послышались и другие нестройные нотки, едва различимые за звоном бокалов и оптимистичными тостами. В отличие от китайских протоколов, в отчете Белого дома говорилось о борьбе с прекурсорами фентанила, давней проблеме в отношениях с Китаем, и о покупке американской сельскохозяйственной продукции. Вместе с тем в нем не упоминался ни Тайвань, ни ограничения Китая на редкоземельные металлы, ни стремительное наращивание ядерного арсенала.
Белый дом также заявил, что США и Китай единодушны в необходимости разблокировать Ормузский пролив и освободить его от иранских пошлин. Это было правдой, но не учитывало глубокого нюанса: при всех уговорах Америки Китай едва ли воспользуется своим влиянием на иранцев бесплатно. Какую же он назначит цену, пока неясно.
Подлинная проверка решимости найти общий язык и уладить разногласия может состояться в пятницу утром, когда у Трампа запланированы встречи с Си Цзиньпином в гораздо более узком кругу. Именно такие ему нравятся больше всего: разговор лидеров тет-а-тет. Едва покинув воздушное пространство Китая, он наверняка изложит собственную версию переговоров, выгодную для себя.
Китайское правительство наверняка окажется более осмотрительным.
Похожие новости: