НОВОСТИ СЕГОДНЯ
В районе Флер-Курселет 15 сентября 1916 года 49 танков Mark I выехали на нейтральную полосу. Большинство из них вышло из строя. Но те, что продолжали двигаться, прорвали оборону немцев и к обеду захватили три деревни. Генерал Дуглас Хейг отправил телеграмму в Лондон с просьбой прислать еще тысячу единиц бронетехники. Ее массовое производство предопределило ход войн на протяжении всего столетия.
ИноСМИ теперь в MAX! Подписывайтесь на главное международное >>>
Однако сегодня происходят еще более масштабные перемены. Беспилотник проделал с танком то же самое, что сам танк в свое время — с траншеей. Да и не только с танком: беспилотники изменили практически все области боевых действий. Именно на них сегодня приходится 90% потерь на поле боя на Украине. Полковник Эл Карнс, министр по делам вооруженных сил и бывший офицер спецназа, отметил, что один беспилотник в настоящее время по смертоносности заменяет 22 артиллерийских снаряда. Но смертоносность — это еще полдела. Конфликты выигрывает экономика, и тут ситуация еще менее утешительная.
Давайте вернемся к бронетехнике. Ударный беспилотник за 50 тысяч фунтов стерлингов может уничтожить Ajax, Leopard 3 или Challenger 3, каждый из которых обошелся налогоплательщикам в сумму от 8 до 10 миллионов фунтов стерлингов, даже не считая расходов на техобслуживание. Разница составляет более двухсот к одному. Танк, символ военной мощи XX века, сегодня превратился в дорогую мишень. Нам по-прежнему нужна бронетехника, но она утратила решающее значение.
Та же логика применима и к противовоздушной обороне. В марте, когда война США и Израиля против Ирана была в самом разгаре, иранский "Шахед", запущенный с территории Ливана, попал в ангар ВВС Великобритании в Акротири. Министры похвалили летчиков за круглосуточные перехваты с базы. Добавим: вполне заслуженно. Но в бухгалтерии царила гробовая тишина. "Шахеды" обходятся Тегерану в сумму от 25 до 50 тысяч фунтов стерлингов. А мы сбиваем их ракетами класса "воздух-воздух" стоимостью от 200 тысяч до 2 миллионов фунтов стерлингов, а запускаем их с подлодок класса Typhoon ("Тайфун") которые стоят более 100 миллионов фунтов стерлингов за штуку, при этом каждый час их дежурства обходится в 75 тысяч фунтов стерлингов. Американцы защищают свои базы в Персидском заливе перехватчиками Patriot по 3 миллиона фунтов стерлингов каждый, сбивая цели стоимостью в сотую часть этой суммы. Ни у какого казначейства в таких условиях дебет с кредитом не сойдется.
Идет коммерциализация и масштабирование высокоточных ударов. Возможности, еще недавно немыслимые без совершенных ракет, подготовленного летного состава и передовой военно-промышленной базы, которые могли себе позволить лишь великие державы, теперь стали доступны каждому. Вопрос в том, кто воспользуется ими наилучшим образом — и с подобающим размахом. Иран продолжает сеять хаос, несмотря на подавляющее военное превосходство Америки, потому что у него есть беспилотники. Даже небольшая хорошо обученная сила с тысячами единиц дешевого высокоточного оружия может противостоять армии, во много раз превосходящей по численности.
Программное обеспечение лишь ускорит этот процесс. При помощи искусственного интеллекта лишь один оператор или горстка солдат сможет управлять десятками автономных платформ одновременно. Со временем все меньше солдат сможет обслуживать все больше платформ. И пионеры получат огромное превосходство в смертоносности. Наращивание автономной массы — это не гипотетический, а весьма конкретный вопрос закупок. Буквально на этой неделе украинские воздушные и наземные беспилотники захватили и удерживали российскую позицию без сопровождения пехоты.
По всей Европе министры охотно рассуждают о предпринимательском капитале и привлечении в оборону частных инвестиций, которые послужат "двигателем роста". Они правы: частный капитал действительно может профинансировать массовое производство. Однако деньги следуют не за громкими речами, а за контрактами. Европейские инвестиционные компании вроде Lakestar, первого спонсора Spotify, Airbnb и Revolut, могли бы вложить в Великобританию миллиарды, будь у них на руках контракты. А без них они продолжат инвестировать в Мюнхен и Киев.
В феврале бундестаг подписал с инновационными компаниями вроде Helsing контракты на поставку боеприпасов на сумму свыше полумиллиарда евро с опционами еще на несколько миллиардов евро. Первая партия предназначена для оснащения немецкой бригады в Литве. Предполагается, что она станет смертоносным средством, которое отобьет у России всякое желание расширять военные действия. Эстония только что приостановила программу по закупке транспортных средств на сумму в 500 миллионов евро и перенаправила деньги на беспилотники. На остальной части восточного фланга в составе передовых сухопутных сил в Эстонии, Латвии и Польше оборону держат Великобритания и ее союзники по НАТО. Они должны быть вооружены так же, как Берлин и Таллин: масштабно, с привлечением передовых поставщиков и с многолетними обязательствами — и притом достаточно громкими, чтобы их услышали рынки капитала.
Наряду со спросом правительство должно задуматься и о предложении. Нельзя масштабировать производство, когда планирование занимает годы, когда темпы роста бизнеса ограничивают капиталоемкие отрасли и когда энергетика для нужд промышленности обходится вдвое дороже, чем в Германии или Франции. Если Министерство финансов действительно намерено превратить оборону в двигатель роста, оно должно устранить все препоны в области планирования, охраны окружающей среды, регулирования и налогообложения, которые препятствуют реиндустриализации.
При верном подходе нынешние перемены в ведении военных действий — шанс восстановить британскую промышленность и заодно поднять благосостояние. Очевидный ответ — старые промышленные районы: северо-восток, где дешевая земля и где проживает много квалифицированных инженеров, а также коридор М4 (ключевой экономический и технологический регион Великобритании, протянувшийся вдоль автомагистрали M4 от Лондона до Южного Уэльса, — прим. ИноСМИ) и агломерация Оксфорд-Кембридж, где уже сосредоточены аэрокосмическая промышленность, разработчики программного обеспечения и другие передовые производства. Специальные зоны ВПК с ускоренным планированием и полным финансированием расходов позволили бы традиционным производителям и венчурным инвесторам создавать новые проекты за считанные недели, а не годы. Выделенные коридоры для полетов с низкой степенью риска обеспечат надежный полигон для испытаний. Если Украина это делает даже на военном положении, то уж Великобритания должна как-то справиться и в мирное время.
Эксперты возражают, что беспилотники совершенствуются настолько стремительно, что сегодня в принципе бессмысленно что-либо покупать. Но эта логика опровергается объективной реальностью. Соавтор правительственного обзора обороны генерал сэр Ричард Бэрронс подсчитал, что британских боеприпасов высокой мощности хватит примерно на неделю. Нельзя создать задел того, что вы не производите, и нельзя пополнить запасы, ничего не покупая. Кроме того, войска не могут освоить технику, которой у них нет: без платформ с поддержкой искусственного интеллекта они не смогут разработать тактику, которая позволит выиграть следующую войну.
Формат закупок тоже имеет значение. Украинская платформа Brave1 — это торговая площадка для военной техники, этакий Amazon для беспилотников, где командиры бригад тратят баллы, заработанные за уничтоженные цели, на пополнение резервов. Срок поставки составляет в среднем десять дней. Продукт, зарекомендовавший себя не лучшим образом, на следующей же неделе дорабатывается. Россия пошла другим путем: выбрала пару победителей и наладила выпуск на огромных сибирских заводах, штампуя по семь миллионов беспилотников в год. У Великобритании же нет ни того, ни другого. Правильный ответ — некий гибрид: надо спустить часть закупок на бригадный уровень с помощью перечня проверенных партнеров и заключить "якорные" контракты со стратегическими поставщиками — достаточно крупными, чтобы снизить затраты и привлечь частный капитал.
Россия, Иран, Китай и КНДР испытывают на прочность мировой порядок, сложившийся после 1945 года, и готовность Америки обеспечивать европейскую безопасность заметно ослабла. Дешевое и массовое внутреннее производство автономных средств сегодня имеет первостепенное значение для демонстрации силы и сдерживания наших противников. Это также заложит основу дальнейшего экспорта в машиностроении, обрабатывающей промышленности и сфере искусственного интеллекта, а также создаст высококачественные рабочие места и упрочит экономическую устойчивость. В стране, где средняя заработная плата пробуксовывает более десяти лет, это жизненно необходимо для процветания.
В Великобритании по-прежнему сосредоточены лучшие в мире университеты, инженерные центры и промышленные мощности. Однако где-то по дороге к необходимому стране результату стимулы и шестеренки механизма сломались. Между тем оборона — это не только первейшая обязанность правительства, а предпосылка, на которой зиждется наш привычный уклад жизни. Экономика изменилась, и время уходит.
Джеймс Лоусон — директор оборонной компании Helsing и председатель Института Адама Смита
Похожие новости: