НОВОСТИ СЕГОДНЯ
Потеря даже одного источника энергии может обернуться несчастьем. Двух — уже неосторожность. Трех — серьезный повод для тревоги, особенно если вы третья по величине промышленная держава в мире. Но подвергать опасности свой четвертый источник энергии, который к тому же, как предполагается, заменит первые три, — это уже суицидальные наклонности. Удивительно, но именно к этому сейчас стремительно шагает Германия с ее опрометчивой Energiewende — “энергетическим переходом”, который немцы до сих пор парадоксальным образом считают образчиком для всего мира.
ИноСМИ теперь в MAX! Подписывайтесь на главное международное >>>
Первым источником энергии, выведенным из эксплуатации, стал атомный парк Германии, который некогда вырабатывал свыше 30% электроэнергии. Последняя атомная станция была закрыта в 2023 году после десятилетий антиядерной кампании и вереницы “зеленых” законов. График закрытия поначалу замедлился при христианской демократке канцлере Ангеле Меркель, но затем резко ускорился после аварии на АЭС “Фукусима” в 2011 году.
Второй источник, который уже пошел под снос, — это электростанции на угле. Многие из них уже закрылись или сократили объем выработки, а последняя угольная электростанция остановится не позднее 2038 года.
Третий потенциально крупный источник энергии в Германии — добыча природного газа методом гидроразрыва пласта(он же “фрекинг”) — угодил под запрет еще при Меркель в 2017 году. Никто на самом деле не знает, сколько газа могла бы добыть Германия этим путем, потому что геологические исследования не окупаются, но, по некоторым оценкам, это бы позволило обеспечить текущие ежегодные потребности в течение 20 лет. Другие утверждают, что метод гидроразрыва обеспечил бы четверть долгосрочного годового спроса на газ.
И вот, наконец, четвертый источник энергии и воображаемый спаситель — возобновляемые источники. Их прочили на замену всего остального, но они переживают кризис, поскольку субсидии на экологически чистую электроэнергию резко падают, затраты стремительно растут, а важнейшие линии электропередач и аккумуляторные батареи до сих пор не построены.
Последние шесть лет мы с соседями пытались построить ветряную электростанцию в федеральной земле Бранденбург. Тугодумная бюрократия никак не утвердит всего 15 ветряных турбин. Но снижение цен на промышленную электроэнергию может свести все на нет окончательно.
Компания-строитель неожиданно заявила нам, что мы должны смириться с тем, что доход будет на 80% меньше оговоренного в контракте. Мы ответили: “Ну и катитесь!”. Ни один землевладелец не согласится уродовать свою собственность за копейки. Сокращение доходов ударит не только по землевладельцам, но и по нашему местному правительству, у которого с деньгами и так напряженка.
“Есть риск, что до двух третей всех запланированных в Германии проектов по возобновляемым источникам энергии так и не реализуется”, — заявил финансовый директор компании, чье имя я не могу раскрыть по причинам юридического характера.
Он кровно заинтересован в том, чтобы все выглядело как можно хуже, чтобы мы согласились на меньшие выплаты, однако мой адвокат подтвердил: в Германии кризис возобновляемых источников энергии. “От требования пересмотреть контракты пострадали все”, — отметил Ульрих Бекер из Потсдама.
Наряду с сокращением субсидий, возобновляемые источники энергии страдают от скачка цен на ветряные турбины (которые подорожали минимум на 20%), а также от процентных ставок, подскочивших за последние пару лет. Многие проекты в области ветроэнергетики в Германии целиком и полностью финансируются за счет заемных средств.
Кроме того, последние перемены на рынке возобновляемой энергии не позволяют Германии построить насущно необходимые линии электропередачи от продуваемого всеми ветрами севера до голодного до энергии юга. А обещанная дерегуляция мощностей по хранению энергии дальше разговоров никуда не идет. В прошлом году я подписался на два проекта по созданию аккумуляторов, однако из этого ничего не вышло.
“Процесс утверждения сегодня — основное препятствие для расширения мощности аккумуляторных батарей”, — говорится в докладе BB Göttingen, консультационной компании по возобновляемым источникам энергии и сельскому хозяйству. Как обычно, немецкая бюрократия сдерживает даже стратегические национальные проекты — несмотря на “отмашку” политиков.
Можно было подумать, что правительство хотя бы задумается о исправлении прежних ошибок в области энергетики. Как бы не так!
Канцлер Фридрих Мерц, тоже христианский демократ, признаёт, что отказ от атомной энергии был ошибкой, но упрямо отказывается откатить назад, хотя технически часть из закрытых АЭС вполне можно перезапустить.
Как насчет гидроразрыва пласта для добычи газа? Ответ Мерца неизменен — категорическое nein.
Что же касается угольных электростанций, то самое смелое, что скажет Мерц, — это то, что крайний срок отключения к 2038 году “нереалистичен”.
Если же электростанции продолжат работу, откуда будет поступать уголь? Всяко не из Германии. Шахты по добыче бурого угля, включая огромное месторождение Хамбах в Северном Рейне — Вестфалии, затоплены. Заявленная цель — создать искусственное озеро. Подспудная — сделать добычу угля физически невозможной. По оценкам Федерального института наук о земле и природных ресурсов Германии, запасов угля хватило бы, чтобы обеспечить всю страну электроэнергией на следующие полтора века.
Трагедия канцлера Мерца заключается в том, что даже если в душе он действительно реформатор, его христианско-демократический блок победил на выборах 2025 года с жалкими 28,6% голосов и теперь уступает по опросам националистам из “Альтернативы для Германии”.
У Мерца попросту нет мандата от избирателей на крупные энергетические или экономические реформы. Более того, их наотрез отвергает не только социал-демократы, его партнеры по коалиции, но даже собственные однопартийцы из ХДС и баварского ХСС.
Трагедия всей Германии же — в том, что ее союзники видят, насколько она ненадежный партнер. За последние десятилетия Берлин совершил множество политических ошибок, руководствуясь соображениями морали, но решительно пренебрегая стратегической логикой. Это ж надо только до такого додуматься: опираться на Владимира Путина в вопросах энергетики; зависеть от Китая в вопросах экспорта; верить, что Дональд Трамп защитит Европу; неуклонно сокращать вооруженные силы Германии; и, наконец, распахнуть в 2015 году границы для всех без исключения мигрантов (еще при Меркель).
Но главный провал — это хваленый “энергетический переход”. План опирался на дешевый российский газ, от которого теперь не осталось и следа; закрытие АЭС и запрет выработки из угля; превращение “чистого нуля” в Святой Грааль (и это в стране, разбогатевшей на изобилии дешевой энергии!); и, наконец, веру в то, что, покрыв всю страну ветряными мельницами и солнечными парками, удастся запитать крупнейшую экономику Европы.
В безумной погоне за “чистым нулем” к 2045 году все позабыли о резервных электростанциях для немецких зим с их Dunkelflaute, или “пасмурным штилем”, когда не светит солнце и не дует ветер. Ветряные и солнечные электростанции не могут обеспечить даже базовой нагрузки. Тендеры на газовые электростанции были объявлены только в этом году. Учитывая немецкую бюрократию, одному богу известно, когда они будут построены. И они получат субсидии на миллиарды евро, потому что ни один частный инвестор не решится строить электростанцию, которая не может работать круглосуточно.
Да, а еще эта беспечность, с которой власти считают самую дорогую электроэнергию в Европейском союзе не более чем досадной неприятностью! Кого волнует, что электричество в Германии сейчас в четыре раза дороже, чем во Франции? Ну, для начала, немецкую промышленность. Несколько крупных потребителей электроэнергии, включая сталелитейную, цементную и химическую промышленность, завизжали так громко, что им заткнули рот энергетическими субсидиями на сумму 3,8 миллиарда евро с 2026 по 2028 год.
Остальной немецкой промышленности не повезло. Дескать, мужайтесь и не падайте духом.
Бавария — центр немецкого бизнеса, и доклад Баварской промышленной ассоциации весьма однозначен: “Ключевым конкурентным недостатком Германии как промышленного региона остаются высокие цены на энергоносители”. Опрос членов Союз машиностроителей Германии (VDMA) показал, что 40% всех компаний подумывают о переносе производства за рубеж.
Немецкая промышленность охвачена пожаром высшей категории сложности. Начиная с 2019 года, промышленность потеряла около 300 тысяч рабочих мест, и еще 150 тысяч исчезнет уже в этом году, предупреждает Союз работодателей металлургической и электротехнической промышленности Германии.
Канцлеру Мерцу было бы не лишним обратить обратить внимание на энергетическую политику двух крупнейших промышленных партнеров Германии: США (первое место) и Китая (второе).
43% электроэнергия в США вырабатывается из природного газа, 21% — из возобновляемых источников, 19% — из ядерной энергии и 16% — из угля. В Китае же 60% вырабатывается из угля, 32% — из возобновляемых источников, 5% — из ядерной энергии и 3% — из природного газа.
В прошлом году Германия, может, и выработала целых 57% своей электроэнергии за счет возобновляемых источников, но дорогой ценой для экономики. Отказ от последних 43% угля, природного газа и нефти станет для нее и вовсе катастрофой. По некоторым оценкам, к 2045 году нашумевший “энергетический переход” обойдется в пять триллионов евро.
Осталось всего 19 лет до установленного Берлином “чистого нуля”, и это живое напоминание о том, к сколь катастрофическим последствиям могут привести даже технически верные меры. Как это говорится, Operation gelungen, Patient tot — Операция прошла успешно, пациент мертв.
Леон Мангасарян работал репортером и редактором с 1989 года, сотрудничал с Bloomberg, Deutsche-Presse Agentur и United Press International. В настоящее время независимый журналист, выращивает деревья в Бранденбурге
Похожие новости: