НОВОСТИ СЕГОДНЯ
120 лет назад в многолюдном, многоэтажном Харькове родилась Клавдия Шульженко. Ее отец служил бухгалтером на железной дороге, но в душе был музыкантом. Играл в любительском оркестре, неплохо пел. Дочь хотел видеть актрисой и певицей. Еще девчонкой она впервые вышла на сцену, и там же, в Харькове, для нее впервые написали песни. С той поры успех будет сопутствовать ей всегда...
Нам ли жить в печали
Всесоюзная слава пришла к ней, когда она переехала в Ленинград. В 1937 году композитор Илья Жак и поэт Григорий Гридов сочинили песенку, сделавшую исполнительницу знаменитой:
Не прячь гармонь, играй на все лады…
С тех пор Клавдию Шульженко неизменно окружало поклонение меломанов. Ее пластинки шли нарасхват, как и фотографии обаятельной харьковчанки. Второй такой певицы в то время не было. Она по-актерски обыгрывала каждую песню, каждую строчку, рушила стереотипы, опережала моду. «Нет, не слова твои я вспомню в час разлуки», «Ваша записка, несколько строчек», «В запыленной связке старых писем мне случайно встретилось одно»... — любовную лирику певица интерпретировала потрясающе тонко, добавляя в сентиментальные городские романсы о любви нотки милой иронии.
Совершенно неповторимыми получались и юмористические, задорные куплеты, такие, например, как кокетливая песенка о мужьях или экзотическая мексиканская Челита. Исполнительницу критиковали за мелкотемье, слащавость, потакание мещанским вкусам, но молодежь самозабвенно танцевала под Шульженко, и с этим никто ничего не мог поделать.
Когда по радио или с пластинок звучал ее голос, слушатели невольно представляли романтическую, чарующую киноленту о любви. Голосистых вокалисток с классической школой или певших с эстрады, талантливых «фольклорных» певиц (начиная с Лидии Руслановой) в то время хватало. Шульженко же стала героиней, с которой сопоставляли себя миллионы сверстниц, пополнивших чуть позже фронтовое поколение. Этот путь она прошла вместе с ними.
Блокадная певица
Война застала их с мужем, конферансье Владимиром Коралли, в Ереване, на гастролях. Сын проводил лето в Харькове, у бабушки. В железнодорожной суматохе лета 1941 года родители не сумели с первой попытки вывезти маленького Игоря в Ленинград. Кто тогда мог предположить, что воссоединившуюся семью ожидала блокада... В осажденном городе отважная певица дала более пятисот концертов. Питалась чуть лучше, чем пенсионеры и иждивенцы, но все равно в первую военную зиму в Ленинграде недоедала, часто болела. Тем не менее выходила на сцену и, лихо тряхнув белокурыми волосами, весело, бодро пела о любви и о войне.
Шульженко стала солисткой джаз-ансамбля Ленинградского дома Красной Армии. У самой популярной в стране эстрадной артистки имелась возможность выступать в любом городе страны, в глубоком тылу. Но она осталась в городе на Неве. В армии и на флоте это оценили, ответив певице совершенно особой любовью.
Клавдия Ивановна стала голосом непобедимого Ленинграда. В ее удивительно проникновенном сопрано можно было расслышать отзвуки будущей Побе
ды.
Спасавшийся в ту пору от фашистов польский еврей Ежи Петерсбурский написал очаровательный вальс «Синий платочек». Поначалу его (фронтового сюжета в стихах не было) пели мужчины, но на одном из концертов Шульженко к ней подошел военкор из газеты «В решающий бой» 54-й армии Волховского фронта, лейтенант Михаил Максимов, который протянул певице листы с новыми стихами:
Спасавшийся в ту пору от фашистов польский еврей Ежи Петерсбурский написал очаровательный вальс «Синий платочек». Поначалу его (фронтового сюжета в стихах не было) пели мужчины, но на одном из концертов Шульженко к ней подошел военкор из газеты «В решающий бой» 54-й армии Волховского фронта, лейтенант Михаил Максимов, который протянул певице листы с новыми стихами:
Строчит пулеметчик за синий платочек,
Что был на плечах дорогих...
Именно там, на Волховском фронте, она впервые исполнила песню, которая впоследствии стала одной из самых главных, поистине знаковых в истории советской эстрады. А в тот вечер после выступления своей любимицы офицеры преподнесли ей неслыханный для того страшного, голодного времени подарок — кусок настоящего торта и стакан клюквы с сахаром. (Двое музыкантов из оркестра Шульженко умерли от голода, ее отца убила дистрофия.)
...И часто в бой
Провожает меня облик твой,
Чувствую: рядом
С любящим взглядом
Ты постоянно со мной.
Для фронтовиков ее песни стали особенными, заветными. Когда она исполняла «Синий платочек», «Партизаны», «Давай закурим», бойцам трудно было сдержать слезы. Певица в ключевой момент выступления, шествуя к микрофону, поднимала над головой лоскут прозрачно-лазоревой ткани, и объявлять песню не требовалось, овации перекрывали и оркестр, и голос конферансье. Синий платок в руках Шульженко был для многих солдат как боевое знамя...
Клавдия Ивановна, обладавшая уникальной способностью петь мужские песни, нередко исполняла их одновременно и в образе бойца, и от лица женщины — жены, матери, подруги. Получалось необычайно тонко, душевно, доверительно. Она и после войны спела несколько баллад от имени фронтовиков (например, «Где же вы теперь, друзья-однополчане...»), после чего в мужском исполнении песни звучали... нет, не хуже, однако не так, как у Шульженко.
Фото: Михаил Озерский/РИА Новости
Вальс о вальсе
Народная любимица бывала резковата — и с близкими, и с сильными мира сего (однажды поссорилась даже с министром культуры Екатериной Фурцевой). Страха ни перед кем и ни перед чем не испытывала, знала, что ей с ее популярностью и суровым опытом блокадных концертов опасаться на Родине было некого и нечего. При этом сохраняла характерный, отточенный женственный стиль. Возраст ее, похоже, не тяготил, она виртуозно к нему приноравливалась. Принципиально не молодилась, а в песнях рассказывала о судьбах своего поколения. Из блондинки, тем не менее, перекрасилась в темную шатенку.
Старые, всенародно любимые песни не забывала. Пела их даже вдохновенней и артистичней, чем прежде. Нередко импровизировала, находила неожиданные и очень удачные интонации.
Как и всех звезд легкого жанра, ханжи упрекали ее в дурновкусии, развязности:
Она чувствительна. Нельзя не согласиться:
Чувствительность — ее природный дар.
Лишь одного не чувствует певица —
Что слабоват ее репертуар...
Фото: Валентин Мастюков/Фотохроника ТАСС
Шульженко действительно очень редко исполняла опусы с «социальным звучанием», предпочитала иронические куплеты-рассказы о семейных неурядицах. Среди тех песенок и в послевоенную эпоху встречались шедевры — такие, например, как «Молчание», «Бабушкино танго», «На тот большак, на перекресток», с удивительным воодушевлением исполненный «Вальс о вальсе» (по сути, песня о ее судьбе и о том, как музыка проходит через всю нашу жизнь).
Клавдию Ивановну порой высмеивали фельетонисты: мол, зазнавшаяся дама отменяет выступления «из-за болезни собачки». Тем временем поклонники, и особенно фронтовики, с нетерпением ждали новых выступлений Шульженко. Для них она оставалась голосом молодости, символом непобедимой страны.
В 1964 году главой государства стал Леонид Брежнев, тоже поклонник Шульженко, фронтовик. Критики приумолкли, а Леонид Ильич время от времени с нескрываемым удовольствием награждал любимую певицу. Она удостоилась ордена Трудового Красного Знамени, ордена Ленина, наконец, в 1971 году получила звание народной артистки СССР.
Клавдию Ивановну порой высмеивали фельетонисты: мол, зазнавшаяся дама отменяет выступления «из-за болезни собачки». Тем временем поклонники, и особенно фронтовики, с нетерпением ждали новых выступлений Шульженко. Для них она оставалась голосом молодости, символом непобедимой страны.
В 1964 году главой государства стал Леонид Брежнев, тоже поклонник Шульженко, фронтовик. Критики приумолкли, а Леонид Ильич время от времени с нескрываемым удовольствием награждал любимую певицу. Она удостоилась ордена Трудового Красного Знамени, ордена Ленина, наконец, в 1971 году получила звание народной артистки СССР.
«Как я живу на склоне лет…»
В 1976 году Клавдия Шульженко дала прощальный, незабываемый концерт в Колонном зале. Прошлась по всему репертуару, поменяла несколько платьев. «Синий платочек» и «Давай закурим» исполнила пронзительно, как никогда! Весь зал ахал и плакал, трепетно вслушивался в каждое слово.
Фото: Михаил Озерский/РИА Новости
В конце выступления она поговорила со зрителями как с друзьями. И спела специально написанную по такому случаю песню «Немножко о себе».
Когда вы спросите меня,
Как я живу на склоне лет,
Отвечу: — Я полна огня…
Да, да, скажу, — полна огня
И юных сил… которых нет!
Но как вы можете гореть,
Когда уж молодости нет?
Да просто надо не стареть,
Да просто надо не стареть!
Вот так!
И в этом весь секрет!
Перед отрывистой фразой «которых нет» Клавдия Ивановна выдержала чудесную паузу, а затем поклонилась до земли — так, как умела только она...
После этого концерта Шульженко сделала еще несколько записей. Появлялась даже в телеэфире. Пела, как всегда, артистично, с теплотой, неподражаемым изяществом. Как и много лет назад, улыбка и голос великой певицы согревали всех, кто ее видел и слышал...
Похожие новости: