Лакомый кусок. Как Иран превратился из любимца США в объект для уничтожения

Мы уже не первый день живем в кошмарном мире, словно бы созданном фантазией Оруэлла. Здесь царит Вечное Настоящее, тут господствуют манипуляции и бессовестная ложь. В целях агитации население строго отмеренными порциями пичкают на 100% сфабрикованной "историей". "Прошлым", которого никогда не было. А каким оно было, никто не помнит. Будущее же скрыто в грозной мгле. Все более грозной.

ИноСМИ теперь в MAX! Подписывайтесь на главное международное >>>

Я человек старый. В моем возрасте память имеет право давать сбои — даже память ученого-историка. Но я в течение многих лет не изменял привычке делать скрупулезные записи — вести своего рода хронику текущих событий, которую снабжал краткими комментариями. Эти зафиксированные на бумаге воспоминания помогают моей органической памяти.

Теперь, когда я в бессильном отчаянии наблюдаю, как сопротивляется уничтожению Иран, память уводит меня далеко в прошлое. В первой четверти 1979 года рухнула иранская империя, последний правитель которой Мохаммед Реза из династии Пехлеви шахиншах Арьямехр (король королей и свет арийцев) правил очень долго, с 1941 по 1979 год. Чем было вызвано ее падение?

Тут я должен сделать небольшой экскурс в историю. Огромная индоевропейская (арийская) Персидская империя под властью древней династии Ахеменидов (668-330 гг. до н. э.) создала абсолютно самобытную культуру. Она завоевала всю Западную Азию, Малую Азию, Египет и уже грозила Греции. Но Персия проиграла в столкновении с империей Александра Македонского и была поглощена эллинистическими монархиями (330-248 гг. до н. э.). Однако после этого колоссального поражения она довольно быстро оправилась и возродилась — хотя и в несколько более тесных границах — в виде Парфянского царства с династией Аршакидов на троне (248 до н.э. - 224 н.э.). Это царство стало соперником эллинистических селевкидов, а затем римлян, но было чувствительно к влиянию греческой и римской цивилизаций. После Царства парфян персы создали новое государство, на этот раз под властью полностью своей родной династии Сасанидов (224-651). Главной и мощной скрепой этого государства была очень привлекательная генотеистическая религия маздеизма (ее создание приписывается пророку Заратустре), которая в архаичной форме уже присутствовала в Персии Ахеменидов. После долгих лет расцвета персы терпят серию поражений. Их государство завоевывает мусульманский халифат арабов (651-1258), что влечет за собой неминуемую исламизацию местного населения. Остатки маздеистов бегут в Индию. После середины XIII в. и на протяжении всего XIV века Персия подвергается атакам монголов (государство Хулагуидов), а в 1405-1501 годах — туркменов. Все иноземные власти сходятся в одном: они исповедуют мусульманскую религию. От этого было никуда не деться, хотя первые монгольские ильханы, отличавшиеся типичной для них религиозной терпимостью, какое-то время колебались. Но и они, влившись в персидско-арабское море, приняли ислам.

В 1501 году начинается так называемый новоперсидский период. Персия восстанавливает свою независимость под властью шахов из национальной династии Сефевидов (1501-1736), затем Надира (1236-1750/1796), Зангидов (1750-1789) и Каджаров (1789-1925). Это могущественное государство, которое успешно воевало с Османской Турцией, являлось абсолютно мусульманской страной в шиитской версии. И вот в 1925 году на престоле восседает шах Реза из новой династии Пехлеви, который в значительной степени "модернизирует" государство, а в 1935 году дает ему новое название — Иран.

Итак, возвращаюсь к правлению последнего шаха, сына Резы, Мохаммеда Резы. Еще во время Второй мировой войны над Ираном "взяли шефство" так называемые союзники, в первую очередь Великобритания. К счастью для монархии Пехлеви, они быстро свели там влияние СССР на нет, хотя аппетиты товарища Сталина на эти территории были сформулированы весьма четко. Британская "забота" об Иране постепенно слабела, и вот тогда о нем "позаботились" Соединенные Штаты, которые с тех пор не выпускали его из своих цепких объятий. Однако процветания Ирану американское покровительство не принесло. Жадным американским промышленным магнатам давно не давали спокойно спать огромные нефтяные богатства этой страны. Между 1953 и 1954 годами правительство Моссадыка осмелилось национализировать нефтяные месторождения, обоснованно считая их национальным достоянием страны. В ответ ЦРУ организовало путч, поддержать который без особого труда американцам удалось уговорить молодого шаха. Этой ошибки иранские власти уже не повторяли. Одного урока было достаточно. Несмотря ни на что, на счету Мохаммеда Резы есть целый ряд заслуг. Серьезно относясь к обязанностям правителя и отца нации, он стремился к всестороннему развитию своей страны (это называлось "белой революцией"), но при этом в своей политике ориентировался на союз с США. Как и многие до него и многие после него правители самых разных стран, он тешил себя иллюзией, что таким образом он надолго обеспечит процветание Ирана. Несомненно, его также мотивировал страх перед экспансией советского коммунизма. О том, что такой вариант был вполне реален, подтверждала ярость, в которую руководителей "советского лагеря" приводила прозападная ориентация иранских властей.

Иран во времена правления шаха мешал реализации "азиатских планов" Москвы. Однако, веря в "вечные гарантии" американцев, шах глубоко ошибался. Кроме этой стратегической ошибки, он совершил еще одну, в итоге оказавшуюся гораздо более серьезной. В 70-е годы он начал открыто пренебрегать шиитским исламом, который составлял основу культуры, менталитета и нравственности всего народа. Горстка космополитической элиты (как и везде) в этой стране никаким уважением не пользовалась. Шах решил возродить традиции древней империи эпохи Ахеменидов и Сасанидов. Он не понимал, что миллионы глубоко верующих мусульман сочтут это оскорблением, а шиитские богословы и законники — позором, который нельзя простить. Мало кто помнит, что на волне "светского обновления" шах пригласил в Иран много экспертов из Израиля (с семьями), обеспечив им роскошные условия для жизни. Это тоже вызывало гнев. Жесткая монархическая власть (впрочем, вполне оправданная) не смогла предотвратить нарастающий кризис, виной чему была ее слепая вера в неизменную поддержку США (которые, конечно же, по полной программе воспользовались экономическими возможностями Ирана), но прежде всего — явное презрение монаршего двора к исповедуемой всем народом религии. И вскоре произошла катастрофа. Революция рубежа 1978 и 1979 годов давала актуальным и потенциальным иностранным "партнерам" определенные надежды. СССР рассчитывал на победу в Иране местных и импортных коммунистов, то есть делал ставку на афганский вариант. Советские подопечные после фазы хаоса должны были захватить власть и совершить соответствующую зачистку политического поля от оппонентов. Почему бы и нет, думали в Москве, удалось же провернуть такую операцию в Афганистане (правда, ценой кошмарной 10-летней войны, но что об этом говорить), удалось в 1975 году в Индокитае и в Африке (Эфиопия, Ангола, Мозамбик). Это было время, когда СССР шел в наступление по всем фронтам, а разобщенный изнутри Запад всюду терпел поражения. В свою очередь, либеральные "прогрессисты" с этого так называемого Запада рассчитывали на свержение "отсталой" монархии и создание еще одного патологического государственного образования, существующего по законам т.н. либеральной демократии, со всеми имманентными признаками вырождения этой государственной модели.

Аятолла Рухолла Хомейни, который организовал весь переворот, находясь в эмиграции во Франции (!), блестяще обманул обе стороны, которые уже изготовились для прыжка. Мусульманские заговорщики во главе с шиитским духовенством использовали все подрывные силы для свержения монарха и смены режима, а затем безжалостно избавились от соперников и временных попутчиков. Первыми казнили монархистов (в частности, было убито более ста верных шаху генералов, министров, придворных сановников и ученых "монархической ориентации"), а затем принялись за "красных" всех мастей и оттенков. Я помню, какой это вызвало шок в странах Варшавского договора. Официальные комментаторы сначала впали в ступор, а потом зашлись в причитаниях. Еще бы — спелое яблоко выскользнуло из их лап. Но и звери капитализма остались ни с чем. Карикатурные либеральные группировочки в Иране оказались перед небогатым выбором: немедленная эмиграция или тюрьма, а в случае попытки устроить восстание — эшафот. В конце победители ликвидировали "народных моджахедов", левую террористическую организацию (недобитые террористы сбежали из страны и попали под крылышко США, которые их холили и лелеяли, а после 1990 года отправили в Албанию!). После этого в Иране отмечались уже только эпизодические эксцессы в виде мятежей курдов или азербайджанцев (которые тут же жестоко подавлялись), а на повестке дня номером один значилась неоконченная война с Ираком.

Иран превратился в Мусульманскую республику. Он пошел своим путем, следуя указаниям Корана и шариата. Эта система нашла поддержку у подавляющего большинства жителей страны. Шиитские священнослужители пользовались огромным уважением и доверием. Что касается кровавого рубежа 1979 года, то отдельного внимания заслуживает типичный "казус США". Мохаммед Реза до конца верил в помощь американцев, в то, что американцы перед ним в долгу и обязательно его отблагодарят. Вот только такой категории как благодарность в политике не существует. Тогда шах, к сожалению, совершил трагическую ошибку "последних правителей" (другие примеры: Николай II, Хайле Селассие). А именно, в решающей фазе борьбы за будущее государства он продемонстрировал непростительную мягкотелость. Таких правителей всякая революция пожирает заживо. Она не знает ни жалости, ни компромиссов. США, как и следовало ожидать, отреагировали как обычно: мавр сделал свое дело, мавр может уходить. Впрочем, американцы "кидали" и более отважных и решительных союзников (например, Китай, Тибет, Вьетнам, Лаос, Камбоджа и др.). Когда шах, тяжело болевший раком, покидал свою страну, ни администрация США (тогда Картера), ни какая-либо другая плюгавая "либеральная демократия" не предоставили ему убежища, хотя благодаря его правлению глобальный капитализм порядочно поживился богатствами Ирана. Президент Египта Анвар Садат в 1981 году был убит террористом-смертником. Сам шах умер годом ранее.

Мусульманская республика была построена на насилии, но народ ее поддержал. Ее специфический строй основывался на трех тезисах: 1) фактическая, а не декларируемая независимость государства, 2) подчинение экономики исключительно интересам собственных граждан, 3) защита ислама как основы национальной и духовной идентичности. Таких государств либерально-демократический Запад терпеть не может. Было очевидно, что он что-то предпримет: либо банально задушит Иран санкциями (этого сделать не удалось), либо осуществит жестокое военное вмешательство. Вот только, несмотря на официальный ислам и юридически гарантированный авторитет иерархии шиитских священников, армянские христиане чувствовали себя в Иране лучше, чем у любимца американцев – азербайджанского праителя Алиева. Однако такие мелочи глобалистов не волнуют.

Мусульманский Иран называл Израиль Маленьким Сатаной, а США – Большим. Он обучал, вооружал и поддерживал единоверцев по всему Ближнему Востоку. Но с 1979 года это государство стало объектом постоянных нападок, оскорблений и интриг со стороны могущественных "сатанинских" стран. Ирану пришлось защищаться сразу на нескольких направлениях. Наибольшую ненависть глобалистов вызвало серьезное отношение к религии как к основам коллективной, семейной и личной жизни граждан Ирана. Для западных дегенератов это опасный прецедент. Его нужно выжечь каленым железом. Кроме того, Иран воспринимает понятие государственного суверенитета всерьез. Это не позволяет использовать его в качестве пешки в игре глобальных империй. Какие мусульманские страны любит Вашингтон? Естественно, арабские монархии Персидского залива с их декоративным исламом, не нарушающим привилегий и власти крупных корпораций мирового капитала, рай для декадентствующих богачей.

В эпоху Трампа и Нетаньяху для военной агрессии и геноцида не нужны никакие предлоги. Кто мешает реализации геополитических интересов США на земном шаре (а в регионе — интересов Израиля), кто не желает стать дойной коровой мирового капитала – тот обречен. Жалкий лепет ООН на фоне уничтожения Ирана еще раз доказывает бесполезность этого органа. Несмотря на сгущающийся мрак, я желаю иранцам стойкости в борьбе за свое достоинство, в защите их родного дома от грабителей и бандитов.