«Куница» — гроза морских «гадов»: военный рассказал о защите бухты в Крыму и боях на СВО

Мой собеседник — боевой водолаз, мичман с позывным «Куница». Официальная должность — начальник расчета группы борьбы с противодиверсионными силами и средствами. Рослый, крепкого телосложения. Строгий. В профессиональной деятельности, пожалуй, так и есть. А в жизни — общительный, дружелюбный и, сразу видно — уверенный в себе. Спокойно рассказал, какие задачи доводилось выполнять за «ленточкой» и на нашем крымском побережье. Откуда такой позывной? Оказывается, именно куница изображена на гербе столицы родного для мичмана Башкортостана. С первых дней СВО участвует в штурмовых действиях по захвату и удержанию позиций ВСУ, уничтожает логистические цепочки и пути снабжения. Не меньше работы и в постоянном пункте дислокации — Севастополе. В составе мобильных и стационарных огневых групп, с берега и в море, его подразделение охраняет корабли, суда и инфраструктуру бухты от нападений противника. — В основном это безэкипажные катера — так называемые «бэки». Еще необитаемые подводные аппараты — тоже выслеживаем и поражаем. Неоднократно срывали попытки диверсионных групп подобраться на катерах и лодках. Еще защищаем берег от воздушных беспилотников противника, — поясняет военный. Работы, мягко говоря, достаточно. Защита побережья выстроена с особым тщанием. Препятствуют противнику с помощью техники ПВО, например, зенитными ракетно-пушечными комплексами «Панцирь». Хорошо помогают разведывательные беспилотники, которые с воздуха замечают любой «чих» неприятеля. Благодаря им о прибытии очередного «бэка» подразделения знают уже за несколько часов. Тем не менее, противник продолжает предпринимать попытки «укусить». Например, едва заметными для средств наблюдения необитаемыми подводными аппаратами. Они представляют большую угрозу, если вовремя их не обнаружить. — У нас все для борьбы с ними имеется. Но если, допустим, он пробьет одно заграждение, мы выставили «бонусные». Так что далеко зайти у него не выйдет, — уверен мичман. Нередко приходится сбивать летающие беспилотники, в основном самолетного типа. Но с ними, уточняет собеседник, «разговор» ведут ракеты систем противовоздушной обороны. Или пешие подразделения — на языке стрелкового оружия. — Вы сказали, что диверсанты пытались «проскочить»? — Да, бывало и такое, мы их замечали и поражали. Как правило, это несколько быстроходных катеров и один грузовой с личным составом. Крайний раз, помню, это были вэсэушники на американских лодках. Но наши ребята их не подпустили. При работе с диверсантами личный рекорд «Куницы» — шесть уничтоженных лодок. Дежурства в пункте постоянной дислокации у них — это целый спектр задач. — Утром смотрел за «бэками», вечером уже заступаешь на вахту по, скажем так, ликвидации возможных чрезвычайных последствий. Не дай бог что, выезжаем на разминирование. При этом регулярно осматриваем наши заграждения, — перечисляет зоны ответственности комвзвода. Защита побережья — основная боевая задача его подразделения. Но неоднократно «Куница» проводил успешные штурмы в зоне СВО. Как правило, это были бои в прибрежной зоне, а это, как известно, задачи особой сложности. Не раз выполняли высадки, не столь масштабные, но не менее значимые — десантировались прямиком из вертолета и отбивали стратегическую позицию. — Помню, брали рубеж, подошли к берегу на лодках. И тут по нам начали работать всем, что было. Даже дроны «Байрактары» на нас не пожалели. Мы прятали лодки — под мостами подвешивали, отстреливались… В общем, весело было! — оживленно рассказывает мичман. Вообще, его подразделение водолазов — элитное, соответственно, и отбор в него особый. Во время боевой учебы тоже было немало ярких моментов. Запомнились походы в моря, где бойцы активно участвовали в учебных задачах. Причем, зачастую это были совместные учения с другими странами. Общее время в корабельных походах его исчисляется годами. — Весь мир «обкатал» на кораблях, был в морях и океанах, пожалуй, во всех прибрежных странах… Разве что в Америке не был, — подумав, говорит мичман. Учили их буквально всему, и теперь «Куница» — «универсальный солдат», имеющий навыки стрельбы из всех видов вооружения, вдобавок — умелец работы со взрывчаткой и профессиональный водолаз. — Стрелял, пожалуй, из всего, что можно. И нашего и зарубежного. Даже из «Нагана», — улыбнувшись, припомнил собеседник. — Что вам из стрелкового оружия нравится больше? — Для меня главный фаворит, который всегда при себе — это автомат Калашникова. Для ближних дистанций использую пистолет Ярыгина. И могу с уверенностью сказать, что никакие зарубежные виды оружия им не конкуренты. Проверено. Кстати, подводные автоматы у нас тоже лучше. Много мичману приходится работать на глубине. На вопрос, не страшно ли часами находиться под водой, мужчина уверенно говорит, что с опытом ко всему привыкаешь. Вспоминает занятия по преодолению водной шахты, когда по узкому замкнутому пространству боец перемещается с помощью плавсредства. В первый раз, признается, было жутковато. Теперь же глубина — вторая суша. Одна из задач, например — внимательный осмотр судов и кораблей. Не дай бог на корпусе может оказаться взрывчатка, ее нужно уметь опознать и разминировать. Или проверка дна и подводных заграждений, когда нужно осматривать каждый метр. Даже стрелковый бой под водой они могут вести. В общем, это вам не туристический дайвинг. — Сейчас зима. Даже в Севастополе, должно быть, холодно. Сложнее работать? — Да, сейчас минусовая температура. Мы стараемся сократить время пребывания в воде. По большому счету, просто чаще меняемся. Но современные подводные костюмы, в отличие от прежних — сухого типа. Поэтому просто вылез, переоделся, и уже комфортно. Противник, уточняет мичман, за время проведения СВО тоже на месте не стоит — постоянно придумывает новые, хитрые способы «ужалить». В частности, его безэкипажные подлодки стали незаметнее, а ходят дальше. — Но мы тоже постоянно развиваемся, так что отпор даем успешно. Обходим их в прогрессе и в тактике. Как говорится, стараемся быть на шаг впереди, — говорит военный. Неоднократно подразделение «Куницы» брало в плен украинских солдат и зарубежных наемников. Часто попадались именно мобилизованные — те, кого насильно отловили на улице и призвали военкоматчики. Такие, как правило, охотно сдаются сразу. Но встречаются, уточняет военный, и волки в овечьих шкурах — отъявленные националисты. Определением опасных личностей занимаются соответствующие подразделения, но и «Кунице» нужно понимать, кому даешь временный кров. — Чтобы определить матерого боевика, достаточно посмотреть на его указательные пальцы. Они обязательно будут в следах и мозолях, даже перчатки не помогут. Если такой говорит, мол «я первый день на позиции, даже никогда не стрелял», стоит быть с ним настороже, — приводит пример мичман. Интересно было узнать про быт такого специального подразделения в перерывах между задачами. По словам «Куницы», большую часть времени у них принято посвящатьспорту. Тренажерный зал, бег, атлетика, плавание… Не говоря уже о плановых мероприятиях физической подготовки, вроде сдачи нормативов. Становится понятно, откуда у собеседника такое крепкое телосложение. — Спорт — это хороший способ разгрузки. Пару километров сплавать от пирса до пирса у нас постоянная разминка. Есть ребята и помоложе моего, стараюсь быть с ними наравне, — признается он. А еще в их подразделении постоянно расширяют «багаж» своих боевых навыков, причем, не только стрелковых. Вспоминает, как внезапно устроили период занятий по метанию ножей, потом — саперных лопаток… Коллектив, отмечает собеседник, у них сплоченный. А еще — с толикой здравой спортивной конкуренции. Если есть свободное время, вечером играют командами в футбол или баскетбол, соревнуются во всем, тем самым постоянно развиваясь. Боевое братство распространяется и на отношения вне службы. Дружат семьями. Бойцы всегда готовы помочь домочадцам сослуживца, особенно когда тот в длительном походе. Военный с теплом вспоминает, как во время командировок товарищи помогали его семье с переездом. — Что главное для бойца вашего подразделения? — Не суетиться. А еще принцип «делай как я», нужно доверять командиру, — коротко, но емко ответил начальник расчета. Новобранцев в его формировании не много. Подготовка таких специалистов — это не конвейер. Новоиспеченные бойцы проходят «обкатку» боевой задачей постепенно, с опытными боевыми товарищами. Командиры у них, говорит мичман, хоть и строгие, но понимающие. А главное — ценят жизнь каждого подчиненного. Пожалуй, этим наши воины и отличаются. Профессиональную суровость и расчетливую холодность они совмещают с человечностью и добротой. За всех говорить не ручаюсь, но товарищ мичман — точно из таких. — Как думаете, вы изменились за время спецоперации? — Определенно. Знаете, я сильно сержусь, когда что-то идет не по моему плану. Но за время на СВО я стал мудрее, расчетливее. Думаю, в семье мои перемены уже заметили, — говорит, усмехнувшись, мичман.