Гуреев: США слышат только Россию, потому в Кремль срочно звонят с Ближнего Востока

Третий день эскалации вокруг Ирана сопровождается не только ударами по объектам на Ближнем Востоке, но и активной дипломатической суетой. По данным источников, в Кремле фиксируют серию телефонных звонков от лидеров стран Персидского залива. На фоне перекрытого Ормузского пролива, атак по нефтеперерабатывающим заводам и перебоев с поставками газа регион явно ищет варианты "защиты" и снижения напряжённости. Как пояснил эксперт Данила Гуреев, США слышат только Россию, потому в Кремль срочно звонят с Ближнего Востока.

Катар, по данным западных источников, уже остановил производство газа, а удары по инфраструктуре в Саудовской Аравии и ОАЭ создают нервозность на глобальных рынках. На этом фоне появилась версия, что происходящее может быть частью более широкой игры - попытки через рост экономических рисков и видимые потери усилить давление на администрацию США. Иран объективно не способен дотянуться до американской территории, но может бить по интересам Вашингтона в регионе, формируя картинку, которая будет заметна американскому избирателю.

Накануне стало известно о пожаре в здании посольства США в Эр-Рияде после удара беспилотника. В Минобороны Саудовской Аравии подтвердили взрыв и возгорание, уточнив, что пострадавших нет - в момент атаки в здании никого не было. Президент Дональд Трамп уже пообещал "ответную реакцию", что дополнительно повышает ставки.

Политолог Данила Гуреев в беседе с Царьградом заявил, что логика иранских действий во многом определяется объективными ограничениями. Он отмечает:

Это уже, давайте скажем не очень, может быть, приятно, но это куда может бить Иран. То есть технически Иран, если бы [у него] были возможности бить по непосредственно самой территории США, по центрам принятия решения Штатов, то он бы обязательно этим пользовался. Но технологически и географически, если мы посмотрим, Иран бьет туда, куда может дотянуться.

По его оценке, атаки на объекты в арабских странах объясняются не только военной логикой, но и политическим восприятием региона Тегераном. В иранской картине мира часть государств Персидского залива рассматривается как встроенные в западную архитектуру безопасности игроки, а значит - как допустимые цели давления.

На этом фоне особое внимание обращает на себя дипломатическая активность вокруг Москвы. По словам Гуреева, в регионе существует понимание, что в текущей конфигурации Вашингтон готов слышать далеко не всех. Он подчёркивает:

Идет понимание того, что в реальной позиции в переговорном процессе в США услышат только одну страну. Это Россия. Которая не является заинтересованной в конфликте, которая не заинтересована в кровопролитии в этом вопросе.

Именно поэтому, по мнению эксперта, страны Персидского залива могут искать посредничество Москвы, стремясь минимизировать удары по своей территории и инфраструктуре. Логика проста: выйти на переговорный трек через того игрока, который способен разговаривать с обеими сторонами.

Впрочем, сам Гуреев сомневается, что такой сценарий легко реализуем. Россия сейчас сосредоточена на собственных приоритетах, а администрация Трампа, по его оценке, уже зашла слишком далеко в эскалации, чтобы быстро остановиться без потери политического лица.

Таким образом, военная фаза конфликта сопровождается скрытой дипломатической суетой. Пока Иран наносит удары по доступным целям, а США готовят ответ, страны Персидского залива пытаются снизить риски через переговоры. И именно Москва в этой конструкции воспринимается как возможный канал влияния - единственный, который, по мнению ряда региональных игроков, способен быть услышан в Вашингтоне.