Большая тройка и ядерный тупик: мир после окончания ДСНВ

В день, когда в Абу-Даби возобновились переговоры, состоялась очень любопытная дискуссия на троих: лидер КНР позвонил сначала в Москву, а затем в Вашингтон, чтобы обсудить насущные проблемы человечества.

Формальным поводом для общения было наступление предновогоднего периода. Китай отмечает его по своему, восточному, календарю, в этот раз — в середине февраля, но, как и у нас, на две недели страна выпадает из рабочего ритма. И вот накануне этих предпраздничных для китайцев хлопот лидеры созвонились.

Обсуждали, понятно, текущую повестку: украинский вопрос, жесткие действия США против Венесуэлы, Кубы и потенциально Ирана. Но было и кое-что еще — то, что касается без преувеличения каждого жителя планеты: ядерная безопасность.

ДСНВ — четыре буквы, что чаще других звучали на этой неделе. Договор о сокращении наступательных вооружений — ВСЕ! Закончил свое действие последний документ, который хоть как-то ограничивал ядерные арсеналы России и США.

Это не значит, что уже завтра мы ощетинимся новыми ракетами, направленными друг на друга, — остается еще здравый смысл и здоровый страх перед неминуемым ответом в случае чего. Россия предложила США еще год соблюдать прежние ограничения добровольно. Но никаких юридических обязательств для этого уже нет. В такие моменты принято говорить: «Ушла эпоха». Эпоха длиною в 55 лет.

Ужаснувшись мощи «царь-бомбы», испытанной в 1961 году, вздрогнув от дуновения ядерной зимы в 1962-м во время Карибского кризиса, СССР и США пришли к обоснованному выводу, что они уже накопили столько зарядов, что могут несколько раз уничтожить друг друга и заодно всю планету, и надо что-то с этим делать.

Так появилась целая серия договоров, которые сначала ограничивали стратегические вооружения, поэтому их называли ОСВ-1 и ОСВ-2, а потом и вовсе решили немного уменьшить ядерные арсеналы. Поэтому договоры назывались СНВ — о сокращении наступательных вооружений. Их было три, и вот последний, третий, мы больше знаем как ДСНВ. Точнее, будет добавлять, знали. Потому что он прекратил свое действие.

Он устанавливал жесткие лимиты на стратегические ядерные силы оппонентов: сколько может быть носителей ядерного оружия — ракет, бомбардировщиков и подлодок, и сколько для них должно быть развернутых, то есть готовых к применению, боеголовок.

Но главное в договоре были не цифры. Краеугольный камень ДСНВ — система взаимного контроля. Стороны могли проводить до 18 инспекций в год на военных объектах оппонента, обменивались данными о размещении и перемещении ядерного оружия, делились данными с испытаний.

Естественно, с началом СВО о взаимных инспекциях друг друга пришлось забыть, ведь Вашингтон открыто поддержал киевский режим. Параллельно шла деградация всей системы двусторонних соглашений: США последовательно выходили из договоров по ПРО, потом о ракетах средней и меньшей дальности, договора об открытом небе. Все, ничего не осталось.

Правда, и реализовать свою инициативу Америке не удается. На каждый ход Вашингтона у Москвы достойный ответ: раз — и появился «Орешник», два — «Буревестник» и «Посейдон». Вы отказываетесь себя ограничивать? Что ж, мы не будем ограничивать себя ни в скорости, ни в дальности, ни в мощности.

Американцам, впрочем, и нам ввязываться в гонку вооружений, как было при Союзе, не с руки — слишком дорого. И вот сейчас Москва и Вашингтон пытаются на самом деле нащупать, на какой почве можно передоговориться. И каким составом? Мы делим по-прежнему ядерный мир на двоих, или надо подключить новых игроков? США хотят, чтобы и Китай был за столом. Россия указывает, что натовские ядерные страны — Франция и Британия — так же должны открыть свои арсеналы. Тут Индия и Пакистан хвастаются друг перед другом новыми ракетами.

А тут и неядерные страны все чаще задумываются о собственной «бомбе». Германия готова перейти из-под американского «ядерного зонтика» НАТО под «европейский» или даже свой собственный. Швеция, вступившая в НАТО в 2024-м, тоже меняет курс: обсуждает скандинавский «ядерный клуб». В Азии Япония и Южная Корея на грани: Сеул, понятно, хочет свою бомбу из-за КНДР; японцы обсуждают «ядерную латентность» — готовность собрать оружие за считанные месяцы. Польша открыто просит ядерное оружие НАТО, Турция флиртует с идеей собственной программы, а даже Тайвань шепчется о «самозащите». У Белоруссии появился наш «Орешник» и другие носители ядерного оружия.

И сейчас тот редкий случай, когда договор о стратегических вооружениях не нужен Москве и Вашингтону в том виде, в каком он существовал, и он же необходим обеим державам, пока в ядерном клубе не стало слишком тесно.

Понятно, что договориться на троих или на пятерых будет еще сложнее, чем когда СССР и США тет-а-тет считали боеголовки. Но иного пути, судя по всему, нет.

При этом характер взаимоотношений Вашингтона с ядерными союзниками из НАТО и Москвы с Пекином — принципиально разный. Подчинение против сотрудничества. Оттого и новую ядерную сделку может быть сложнее организовать.

Но таков многополярный мир, где учитывают баланс интересов всех полюсов. И такой мир Москва и Пекин готовы строить и защищать вместе.

«В условиях нарастающей турбулентности в мире внешнеполитическая связка Москвы и Пекина остается важным стабилизирующим фактором. Готовы продолжать самую тесную координацию по глобальным и региональным сюжетам как на двустороннем треке, так и на всех многосторонних площадках», — заявил президент России Владимир Путин.

«Важно воспользоваться исторической возможностью, постоянно углублять стратегическое взаимодействие, вместе нести ответственность крупных держав во имя непрерывного развития китайско-российских отношений по правильной траектории», — указал председатель КНР Си Цзиньпин.

В беседе лидеры России и КНР обращались друг к другу не иначе как «дорогой друг», отметили рекордный уровень торгового оборота в 200 миллиардов долларов. Впрочем, председатель КНР предложил обсудить новый, цитата, «грандиозный план» развития отношений.

Что касается украинского вопроса и переговоров в Абу-Даби, то тут Пекин приветствует любые форматы, которые способствуют обмену пленными и снижению напряженности, но подчеркивает необходимость учета интересов всех сторон и отсутствия «навязанных» решений. Вполне здравый подход: когда киевские эмиссары за столом — меньше шансов на какую-то дикую выходку с их стороны режима, способную спровоцировать более масштабный конфликт.

Еще больше новостей — у Пятого канала в мессенджере MAX.